А так ли мы их называем?

Речь идет о названиях томатов (да и не только помидоров) зарубежной селекции. Писать на эту тему не входило в мои планы. Почему? Да об этом уже писали на разных форумах и не раз, правда ситуация так и не меняется. Но когда тема коснулась лично меня, не ответить я уже не могла.

Как-то получаю я от безымянной коллеги почти гневное письмо с очевидным упреком в мой адрес. Чтобы понять, чем была недовольна дама, приведу ее высказывания дословно (авторский текст сохраняю): “Может вы и умная (хотелось бы в это верить) кто ж спорит только чего вы народ путаете. Завели столько сортов а нам какая польза от вас (от меня, может, и правда – никакой). У нас тоже такие сорта имеются (я в этом не сомневаюсь) а зачем вы им другие названия даете продать семян побольше. Вот что деньги с людьми делают”.

Я бы не стала обращать внимание на упреки автора письма, жизнь научила тому, что невозможно для всех быть хорошей, все равно кому-то не угодишь. Но автором была поднята, на мой взгляд, очень важная тема – названия сортов томатов или точнее путаница с ними, связанная с вольным, а нередко – неграмотным переводом. Подобную, если не сказать – большую “вольницу” с названиями я лично встречала только у любителей фиалок – перевод вольно-художественный с большой долей личных эмоций “переводчика”. Допускаю, что тема, по которой высказалась моя корреспондентка, кому-то тоже малознакома, поэтому я решила ответить здесь.

Я автор 15 книг по декоративному садоводству и ландшафтному дизайну. При написании текстов я, естественно, упоминаю огромное количество сортов тех или иных культур зарубежной селекции. Поэтому могу высказаться достаточно профессионально на эту тему. Существует общепринятое международное правило (!) – название иностранного сорта не переводится, а дается его транскрипция (транслитерация), т.е. передача звуков (букв) иноязычного слова при помощи букв алфавита языка перевода. И это – правильно. Только так можно сохранить национальную принадлежность сорта, избежать появления двойников, подчас – неграмотных.

Примеров тому сколько угодно. Так, в каталогах наших коллекционеров американский сорт Carbon вы встретите под названиями Карбон, Углерод, Уголь. Хорошо, если в скобках дано родное название, а это бывает не всегда, но даже и в этом случае человек, не владеющий английским языком, может посчитать, что имеет дело с разными сортами. Так, в одном каталоге американский сорт Casady’s Folly назван Касади безрассудство, а в другом – Безумие Касади. У этих же продавцов сорт Maglia Rosa значится, как Сетка розовая (Maglia Rosa, США) и Розовый свитер (Maglia Rosa, Италия). Вы уверены, что сможете быстренько во всем разобраться и не заказать у обоих один и тот же сорт?

В каталоге довольно известного нашего коллекционера-продавца американский сорт Best Sinai в переводе звучит как Бест синий (?). У него же сорт Фуззи Вуззи (Fuzzy Wuzzy) переведен как Нечеткие вази. Хорошо бы еще понять, что это за “зверь”? На самом деле плоды этого сорта сильно опушенные, поэтому ему и дали такое смешное название, ведь Fuzzy Wuzzy называют вздыбленные курчавые волосы афроамериканцев, напоминающие огромную копну. 

У этого же коллекционера сорт Невис азореан ред (Neves Azorean Red) называется Невис с Азорских островов. Речь же идет о том, что американец Энтони Невес (Anthony Neves), проживая долгое время на Азорских островах, посвятил немало времени и сил улучшению одного крупноплодного местного сорта. Позднее, уже после его смерти, томат был интродуцирован Кэролайн Мейл (Carolyn Male) и назван именем автора. В данном случае точный перевод, если уж он делается, есть не только проявление уважения к потенциальным покупателям, но прежде всего к автору сорта.

Вот вам еще пример – американский сорт Хьюдж лемон оксхард (Huge Lemon Oxheart) чаще встречается под названием Большой лимонный Оксхарт. Почему Большой? Если уж переводить, то английское слово Huge это скорее огромный, гигантский, громадный, даже не большой. Правильный перевод этого слова я нашла только у Редько. Со словом Lemon все понятно, Lemon он и есть – Lemon. А вот слово Oxheart у всех осталось без перевода, да еще и пишется с заглавной буквы, как бы намекая на то, что это имя собственное. Спрашивается, почему же это слово не перевели, раз уж затеялись с переводом? А ответ прост – этого слова не встретишь ни в одном, даже самом Huge-словаре. Слово Oxheart можно встретить в лексиконе американцев, т.к. оно означает “сердце бизона” (Ox – бизон, а heart – сердце). Т.е., если уж полностью переводить, то это должно звучать как Огромное сердце бизона лимонного цвета. Кстати, в одном каталоге я встретила такой перевод – Бычье сердце большое лимонное. Это уже – теплее, Сердце бизона и Бычье сердце можно сказать братья, живущие по разные стороны океана.

А посмотрите, под сколькими названиями фигурирует в каталогах сорт Граб мистери грин (Grub's Mystery Green) – Зеленая загадка мистера Грина, Зеленая тайна личинки, Загадка зеленых плодов, Граб мистера Грина.

Повторюсь, теперь представьте, вы не знаете английского языка, изучаете каталоги нескольких коллекционеров, чтобы заказать семена. Читая такие вариации, вы сообразите, что речь идет об одном и том же сорте? Мой опыт общения с заказчиками убеждает – нет. Тем более, в любом каталоге вы встретите не одну сотню сортов, у вас и так мысли от этого обилия путаются.

Таких примеров можно привести множество. Я вполне допускаю, что коллекционеры, они же – продавцы, руководствовались самыми добрыми намерениями. Как теперь говорят в подобных случаях – хотели как лучше, а получилось…

Несколько лет назад я имела на эту тему разговор с одним нашим коллекционером и задала ему простой вопрос: “Зачем?”. Зачем заниматься этой вольницей, если есть общепринятые правила, а раз они есть, их надо соблюдать, нравятся они нам или нет. И получила очень интересный ответ. Коллега ответил, что, во-первых, некоторые иностранные слова трудно произносятся. С этим я могу согласиться, но с очень-очень большой натяжкой. Конечно, если не владеешь языком такое английское слово, как скажем Serendipity с ходу, с лету не произнесешь. Не могу с этим не согласиться. Но только вопрос, а где это слово произносить? У себя на грядках? Ну, не можете произносить и не произносите, никто ж не неволит, но написать правильно в каталоге один раз можно. Да и слов таких раз-два и все.

Второй аргумент коллеги был таков – в переводе, по его мнению, названия становятся благозвучнее. Ну что ж, судите сами, насколько подчас благозвучны доморощенные переводные названия (я использовала каталог моего собеседника):

Мэри Робинсон немецкий (Mary Robinson's German) (а что, женский род уже отменен?)

Подводная лодка с румянцем (Submarine Blush) (эх, полюбопытствовать бы у какого-нибудь подводника, что это за штука такая интересная).

А Полосатый высокий урожай (Csikos Botermo) или Восход шмеля (Sunrise Bumble Bee). Вы что-нибудь поняли в этом благозвучии, о чем это? Лично я – нет.

Или красивейший сорт американского селекционера Джона Сигела (John Siegel) Чоколэйт Страйпс (Chocolate Stripes) во всех каталогах обозначен как Полосатый шоколад. Вы когда-нибудь и где-нибудь видели полосатый шоколад? На самом деле это – Шоколадные полосы, или по-русски правильнее было бы сказать Полосы шоколадного цвета. Кстати, очень верное название – на кожице плода чередуются тонкие темно-зеленые и более широкие полосы теплого шоколадного тона.

Среди сортов американского и отчасти канадского происхождения нередко встречаются названия со словом Paste. Пастой принято называть блюда традиционной итальянской кухни с участием макаронных изделий. С подачи американских селекционеров это слово как-то лихо проникло в среду томатоведов и томатолюбов, и им стали обозначать вытянутую форму плода. Незнание этого привело к тому, что сорт Giant Italian Paste в переводе называется Гигантские итальянские пасты. Ну, очень благозвучно!

Совсем уж нелепо звучит перевод названия сорта Кэрол Чикос биг пейст (Carol Chyko’s Big Paste) – Большой Кэрол (ужас!). Мало того, что Большой Кэрол звучит примерно, как Большая Вася или Большой Катя, и кто сказал, что Кэрол – большая, может она очень даже миниатюрная. На самом деле перевод должен выглядеть примерно так: Крупные томаты вытянутой формы от Кэрол Чико (эти томаты выращивались несколькими поколениями ее семьи). В русском варианте звучит длинно, неудобно, я согласна, ну так и не называйте их полным именем. Мы, например, называем просто – Кэрол, и все дела. Помидоры от этого хуже не становятся.

Многие из нас являются не только знатными огородниками, но и владельцами домашних животных. Если они с родословной, загляните туда. А там порой такие имена написаны, что даже хозяева, не задумавшись, с ходу произнести не могут. Но вы когда-нибудь слышали, чтобы в быту своего любимца хозяин называл официальным именем? Да никогда!

Почему случилась такая история с названиями? Причина банальная: коллекционер, не владея языком, запускает программу Переводчик, она и переводит. Но программа она и есть программа, даже, если очень умная и продвинутая. Она переводит механически. Но перевод, тем более – неграмотный это еще не все. Дав вольный перевод названию того или иного сорта, “переводчик” дистанцирует автора и его творение, по существу лишает автора его законного авторства, проявляет неуважение к его труду. Если продавец уверен в правильности перевода ему не возбраняется в описании сорта дать и перевод, кто ж против. Но именно в описательной части, а не в названии.

Не надо думать, что подобными вольностями грешат только наши собиратели. Нет, их достаточно за рубежом. Неуважение к авторскому названию привело к тому, что нередко наши отечественные сорта, пересекают океан и меняют имена. Амурский тигр превращается в Siberian Tiger, Гордость Сибири в Pride of Siberia; Загадка Природы становится Nature's Riddle. Сорт Каспийский розовый приобретает два имени – Caspian Pink и Queen of the Pink, а Король Сибири и вовсе несколько – Korol Sibiri, Zolotoy Korol, The King of Siberia. То, что наши отечественные сорта нравятся заокеанским огородникам, стали популярными на американском континенте, это радует. Плохо то, что они нередко возвращаются на родину под чужими именами и воспринимаются порой, как иностранные. Вот это действительно обидно!